Делегирование полномочий. «Он старается Сам не делать того, что может перепоручить Своему творению

«Он старается Сам не делать того, что может перепоручить Своему творению. Он велит нам медленно и на ощупь исполнять то, что мог бы сделать идеально и во мгновение ока.

Творению с самого начала были переданы широкие полномочия — и чем дальше, тем в большем объеме. Полагаю, в этом находит выражение щедрость Бога»[32].

От Отца к Сыну, от Сына к Святому Духу — Бог становится все ближе к человеку. У подножья горы Синай люди страшились предстать перед Богом и просили Моисея предстоять за них. Во времена Иисуса каждый человек мог общаться с Сыном Божьим, мог прикоснуться к Нему — даже нанести Ему рану. После Пятидесятницы те самые слабодушные ученики, покинувшие Иисуса в час ареста и суда, превратились во вместилище Бога Живого. В непостижимом акте передачи полномочий Иисус вверил Царство Божье людям, подобным этим ученикам, в том числе и нам с вами.

Однако довольно — все эти туманные рассуждения о Духе Святом должны как–то согласовываться с реалиями нынешней Церкви. Вглядимся еще раз в лица прихожан. Это ли имел в виду Бог?

Любой босс знает, как опасно передоверять свои полномочия другому. Даешь человеку работу — и никаких гарантий, как дело пойдет. Бог «увещевает через нас», как говорит апостол Павел, и при этом идет на риск: мы способны извратить Его слова. Рабство, крестовые походы, еврейские погромы, ку–клукс–клан — все эти движения действовали именем Христа. Быть может, мир, который Бог хочет любить, мир, к которому Он обращается, так и не увидит Его, ибо лик Божий скрывают наши лица?

Но Бог идет на риск, и в результате мир видит Его главным образом в христианах. Учение о Святом Духе — это учение о Церкви: Бог обитает в нас. Этот замысел Павел назвал «юродством», а Фридрих Бюхнер дивится глупости, побудившей Бога «выбрать для своего труда в мире… слабоумных, непригодных, ничтожества, святош и ханжей, эксцентриков, маньяков, трусов и тайных сластолюбцев»[33].

«Немудрое Божие премудрее человеков», — продолжает свою мысль Павел.

Мы живем среди обычных грешных людей, составляющих Церковь. Это мы — слабоумные, ничтожества, ханжи, нам хотелось бы вычеркнуть из Библии поразительные утверждения о теле Христовом, поскольку мы чувствуем, что не годимся быть Его телом. Однако Библия не оставляет сомнений на этот счет. Рассмотрим два примера.

1. Мы являем святость Бога. Святость, помимо прочего, предполагает огромную дистанцию между Богом и человеком. Святое Святых — недоступное, запретное место. Однако Новый Завет описывает тектонический сдвиг: совершенный Господь вошел в несовершенные человеческие существа. Уважая нашу свободу, Дух добровольно ставит Себя в зависимость от нас: Новый Завет говорит, что мы можем лгать Духу, огорчать Его и терзать. Совершая неверный выбор, мы буквально вовлекаем в этот выбор Бога.



С особой силой эта удивительная мысль звучит в 1 Коринфянам 6. Павел порицает каких–то членов коринфской церкви, пользовавшихся услугами проституток. Он опровергает все их доводы и, наконец, отрезвляет последним аргументом: «Разве не знаете, что тела ваши суть члены Христовы?» Павел, по–видимому, предполагает буквальное истолкование этой фразы и, не колеблясь, доводит его до логического следствия: «Итак отниму ли члены у Христа, чтобы сделать их членами блудницы. Да не будет!»

Не требуется глубокого знания Библии, чтобы разглядеть контраст. Ветхий Завет предписывал побивать камнями распутников, нарушающих закон Божий, но в эпоху Духа Бог вверяет Свою репутацию и самого Себя нам. Мы — воплощение Бога в этом мире. Что происходит с нами, происходит и с Ним.

2. Люди осуществляют работу Бога на земле. Точнее, Бог творит Свое дело через нас. Чтобы ощутить парадоксальность происходящего, достаточно сформулировать эту мысль. «Мы без Бога не можем. А Бог без нас — не хочет», — говорит Августин. Также и Павел в одной фразе пишет: «Со страхом и трепетом совершайте свое спасение», а в следующей: «Бог происходит в вас и хотение и действие». Эти загадки, что бы они ни означали, безусловно опровергают ханжеское «предоставим дело Богу».

Когда израильтяне странствовали по пустыне, Бог не только снабжал их пищей, но и заботился, чтобы у них не рвалась обувь на ногах. Иисус также кормил голодных и пекся о нуждах людей. Многие христиане, читая об этих потрясающих событиях, испытывают тоску и разочарование: «Почему Бог не делает этого и сегодня? — твердят они. — Почему не разрешит чудом все мои проблемы?»

Новозаветные послания предлагают нам увидеть иной смысл событий. Павел, заключенный в холодной темнице, просит о помощи своего старого друга Тимофея. «Принеси филонь… и книги, — пишет он. — Марка приведи с собою, ибо он мне нужен для служения». В другой ситуации Павла утешило прибытие Тита. Когда в Иерусалиме разразился голод, Павел возглавил кампанию по сбору средств во всех организованных им церквях. Бог заботился о нуждах только что созданной церкви не менее, чем прежде о нуждах израильтян, но теперь Он делал это опосредованно, руками христиан, членами Своего тела. Павел не проводит разграничения между тем, что делает Церковь и что — Бог. Подобное разделение вступило бы в противоречие с его основной мыслью: Церковь есть тело Христово. Что сделано Церковью, сделано Богом.



Павел знает об этом по своей первой, исполненной драматизма встрече с Богом. В ту пору он был ревностным гонителем христиан, охотником за головами, но на пути в Дамаск Павел увидел яркий свет, на время лишивший его зрения, и услышал голос с небес: «Савл, Савл! что ты гонишь Меня?»

Тебя ? Кого — Тебя ? Я преследую христианских еретиков и никого более.

— Кто Ты, Господи? — в растерянности спрашивает Савл, простираясь на земле.

— Я Иисус, Которого ты гонишь, — слышит он в ответ.

Эти слова подводят итоги переменам, наступившим с приходом в мир Святого Духа. Прошло несколько месяцев со дня казни Иисуса. Савл преследовал христиан, а не самого Иисуса, но Иисус, воскресший Иисус, говорит Павлу, что эти люди — Его тело. Кто мучает их, причиняет боль Ему Самому. Этот урок апостол Павел усвоил навсегда.

Я должен добавить к этому глубоко личное примечание. Учение о Святом Духе решает многие проблемы, поставленные в этой книге. Ричард спрашивал меня: «Где же Бог? Покажите мне Его. Я хочу Его видеть». По крайней мере отчасти на его вопрос можно ответить так: «Если хочешь увидеть Бога, посмотри на Его народ — это Его члены, это — Тело Христово».

«Я бы поверил в Него, если бы Его ученики не столь нуждались в спасении», — насмешничал Ницше, однако Ричард мог бы повстречать и святого человека, подобного Матери Терезе, воплощение любви и милосердия, и тогда он бы уверовал. Вот она. Таков и Господь. Она исполняет дело Божье.

Ричард не знаком с Матерью Терезой, но со мной он знаком. И эта часть учения о Святом Духе внушает мне смирение и трепет. Ричард, быть может, никогда не услышит гласа из бури, отметающего все вопросы. Он, вероятно, так и не встретится с Богом лицом к лицу при этой жизни. Он знает только меня.

20. Кульминация[34]

Если б мы могли хотя бы ненадолго забыть все, что мы «знаем» о Библии, и прочесть эту огромную книгу просто как единое повествование, мы бы обнаружили в ней примерно такой сюжет:

В начале Бог, то есть Дух, создал весь материальный мир. Из всех дивных творений Бога только люди получили такое сходство с Ним, что их можно называть «образом Божьим». Это был и великий дар, и великая ответственность. Мужчина и женщина могли общаться Богом напрямую, как духовные существа. Но в то же время, из всех тварей только они обладали достаточной свободой, чтобы восстать против Него.

И они восстали против Него. В тот роковой день Адам и Ева утратили нечто очень важное. Телесная их жизнь продолжалась еще много лет, но дух лишился возможности напрямую, свободно общаться с Богом.

Библия повествует, как Бог старался возродить падший дух человека. Он работал с отдельными людьми и их семьями: сперва с детьми Адама, затем с Ноем и его потомством и, наконец, с Авраамом — ему и его роду посвящена большая часть Ветхого Завета. Библия изображает Бога то родителем, пестующим свое чадо, то влюбленным, страстно преследующим объект своей любви, и все мы видим, как Он пытается «прорваться» к людям, возместить утраченное.

Ветхий Завет — за немногими прекрасными исключениями — это повесть о поражении. Однако в Новом Завете Бог прибегает к совершенно новой стратегии, к «вторжению на Землю» — как иначе определить рождение Иисуса? Иисус — это новое начало, второй Адам, родоначальник обновленного человечества. Он смел все преграды, и теперь возможен подлинный союз Бога и человечества.

Иисус покинул землю, но в Пятидесятницу Дух Божий сошел с небес и наполнил собой людей. Падший дух человеков был исцелен. Бог больше не гулял по саду с людьми — Он обитал внутри них.

Мы начинаем ощущать это чудо, едва соприкоснувшись с Посланиями. «Тварь с надеждою ожидает откровения сынов Божиих», — утверждает апостол Павел. По его словам, вселенная замерла, созерцая происходящей на земле. «Дабы ныне соделалась известною через Церковь начальствам и властям на небесах многоразличная премудрость Божия». Петр утверждает, что даже Ангелы «желают проникнуть» в это.

А тем временем отрядики христиан разошлись в разных направлениях: в Самарию, Грецию, Эфиопию, Рим, Испанию. Согласно Новому Завету, их руками готовился великий исторический переворот, возвращение всего творения к Богу.


7392515752563646.html
7392588559221647.html
    PR.RU™